«Крысиный остров» и другие истории - Несбё Ю

Лайза сослалась на дела и исчезла, а мы с Колином прошли в просторную, но скромно обставленную столовую, и как раз вовремя: в противоположную дверь выбежала на удивление крупная крыса.

– Охренеть, какая огромная, – удивился я.

– Но это она от нас убегает, а не наоборот, – сказал Колин, но тут же вздохнул. – Хотя это, пожалуй, вопрос времени.

Мы сели, а двое официантов положили нам на колени белые салфетки. Еду нам накладывали прямо из кастрюли.

– На блюде подавать нельзя, – пояснил Колин, – крысы повсюду, и стоит им увидеть еду, как у них все страхи исчезают. Они плодятся быстрее, чем мы успеваем их истреблять.

Я взглянул на куски мяса в тягучем коричневом соусе. Разумеется, мясо принадлежало животным, которыми мы привыкли питаться, однако мысль мне в голову уже заронили, и дальше фантазию было не остановить.

– Спасибо, что согласился приехать, – сказал Колин, у которого, похоже, тоже аппетита не было, – учитывая все случившееся.

– Ты напал на нас, – проговорил я, – и убил одного из наших.

– А ты убил девятнадцать наших и держишь в плену моего сына.

– В предварительном заключении, – поправил его я, – в ожидании справедливого судебного разбирательства. От государственных обвинителей ты узнал, что Брэд предстанет перед судом, и все равно напал. Потому что знаешь – его признают виновным.

– Ты ставишь себя превыше закона.

– А я думал, ты в закон не веришь.

– Нет, но ты-то утверждаешь, будто веришь. И упрекнуть человека можно, только когда он предал свои собственные принципы, а не чужие.

– Или когда у него вообще нет принципов.

Колин едва заметно улыбнулся. Я понял почему. Такие словесные перепалки мы вели в далекой юности, в дальнейшем развили это искусство, блистая в школьном клубе ораторов, а впоследствии прибегали к ним, когда моей работой стало оказывать сопротивление его чересчур торопливому уму. Как обычно, последний укол остался за Колином.

– Не иметь принципов – это тоже принцип, Уилл. Например, строго придерживаться убеждения, что никакие принципы не должны мешать жизни – твоей собственной и твоих близких.

Я посмотрел на руки. Обычно они у меня дрожат – это началось примерно в то же время, что и пандемия. Но теперь не дрожали.

– Чего тебе надо, Колин?

– Мне нужны Брэд и твоя вилла.

Я не засмеялся и даже не улыбнулся. Я лишь положил салфетку на стол и встал.

– Погоди, – Колин тоже встал и поднял руку, – ты не знаешь, что я предлагаю.

– У тебя, Колин, нет ничего, что мне понадобилось бы. Неужели тебе это не ясно?

– Тебе, может, и нет, а Хейди и Сэму? Вдруг я способен дать им новую жизнь, лучше этой, шанс построить общество, в котором правит закон? Ты слышал про авианосец «Новые рубежи»? Отплытие уже скоро, и на борт он примет только три тысячи пятьсот человек. У меня есть три билета на этот корабль, за них я некоторое время назад целое состояние выложил. Сейчас билетов уже не достать, сколько ни предложи. В обмен на Брэда и виллу я отдам тебе мои три билета.

Я помотал головой:

– Оставь свои билеты себе, Колин. Позволить Брэду избежать наказания – оскорбление памяти Эми.

– Смотрите-ка, а вот и наш великодушный Уилл Адамс. То есть главное – это все-таки не принципы правового государства в масштабах человечества, а отомстить за собственную дочь.

– Это фигура речи, Колин. Да и что бы я там ни думал, Хейди на такой обмен ни за что не пойдет.

– Женщины в таких вещах часто бывают прагматичнее нас, мужчин. Они прикидывают, что будет выгоднее, и смеются над нашей глупой зацикленностью на гордости и чести.

– Значит, мне следует дать ответ, опередив ее. Ответ – нет.

Когда Колин пошел проводить меня до лодки, крысы разбегались из-под наших ног довольно неохотно.

– Ты не испугался, что я схвачу тебя и потребую обменять на Брэда?

Я покачал головой:

– У нас существует договоренность, что, если я не вернусь, никаким формам давления поддаваться нельзя. И хотя я не давал им никаких указаний, как в этом случае поступить с Брэдом, думаю, нам с тобой обоим понятно, что именно они сделают.

– Перед судом бы он тогда не предстал.

Естественно, он все понимал.

– Это из-за крыс ты хочешь отсюда переехать? – спросил я.

Колин кивнул:

Конец ознакомительного фрагмента.